Статьи. Святослав Федоров

Уже несколько месяцев работает в нашем районе офтальмологическая клиника Ирины Федоровой, дочери и ученицы прославленного офтальмолога Святослава Федорова. После работы в различных зарубежных и российских клиниках Ирина Святославна открыла свое собственное дело и предоставляет широкий спектр медицинских услуг, начиная с диагностических исследований и заканчивая сложнейшими операциями на современном оборудовании. Здесь проводится лечение таких заболеваний, как катаракта, глаукома, астигматизм, близорукость и дальнозоркость, при этом пациентов оперирует непосредственно Ирина Федорова.  
  , что цены в клинике Ирины Святославны процентов на двадцати ниже, чем в других аналогичных офтальмологических клиниках Москвы. Например, лазерная коррекция близорукости стоит 13800 рублей. Впрочем, это не демпинг – просто все операции Ирина Святославна проводит в МНТК "Микрохирургия глаза", что намного сокращает расходы. Так что нет ничего удивительного, что пациенты обращаются именно в клинику Ирины Федоровой – это и выгодно, и имя хирурга говорит само за себя.
Доктор Федорова с дочерью Алисой

– Ирина Святославна, лечить людей сейчас пытаются все кому не лень, и иной раз непонятно даже, кому можно довериться, а кому – нет.

– Да, ситуация, которая сейчас складывается, довольно непростая. В современной медицине развелось довольно много шарлатанов. Я говорю сейчас даже не о тех "магах" и "целителях", которые предлагают широкий спектр услуг, от приворота до наведения порчи – любой мало-мальски здравомыслящий человек к ним не пойдет. Но существует и много другого шарлатанства, или полушарлатанства, если хотите. Мне недавно рассказали, что в пригородных электричках сейчас продаются "лечебные" очки в мелкую дырочку, которые торговцы называют "федоровскими" (к очкам прилагается и листовка, на которой помещен портрет моего отца). Так вот эти очки ничего не лечат – они лишь создают оптический эффект. Естественно, что чем меньше диафрагма, тем острота зрения будет выше, но это и так известно любому, кто знаком с физикой. Никакого лечебного эффекта от этих очков не будет. Что поразительно, шарлатаны выдают эти очки за "федоровские" – при том, что сам академик Федоров всю жизнь настолько ненавидел очки, что даже сделал себе на одном глазу небольшую близорукость с помощью лазерной операции – чтобы иметь возможность читать без очков.

– Но торговцы в электричках – это все же не так страшно.

– Тех шарлатанов, которые работают в настоящих клиниках, распознать, конечно сложнее. Но можно. Вот, например, клиника сообщает пациентам о том, что у нее есть сертификат качества. Но это принято на Западе, и только входит в российскую практику. И касается это не медицины, а заводов, аэропортов и структур, связанных с производством. То есть этот сертификат подтверждает наличие всего, что необходимо на том или ином производстве. В России такого сертификата качества для медицинских клиник вообще не существует – нет ни соответствующей нормы, ни соответствующей службы. Мы, врачи, получаем не сертификат, а лицензию, и проходим для этого все необходимые инстанции - ДЕЗ, Санэпиднадзор, пожарных... Конечно, можно извернуться, написать "Сертификат качества" и поставить рядом номер своей лицензии – но это тоже, по большому счету, лапша на уши пациентов. Или вот, скажем, некоторые коммерческие центры, рекламируя свои услуги, говорят о пожизненной гарантии. Простите, на что можно дать пожизненную гарантию? Да, если вам сделали операцию по поводу катаракты, то можно гарантировать пожизненное существование в глазу искусственного хрусталика. Но вот гарантии на все остальное...

– А на что можно давать гарантию?
– Честный врач может гарантировать только такие вещи, как достаточную степень образования и опыта. Ну, и, само собой, он должен гарантировать, что операция пройдет в соотвтетсвующей операционной – я, например, провожу операции в МНТК "Микрохирургия глаза", в лучшей операционной города Москвы, где существует анестезиологическая служба, система вентиляции и мер, обеспечивающих стерильность, и т.п. Можно также давать гарантию на то, что после операции мы будем наблюдать и лечить пациента столько времени, сколько потребуется, до полного выздоровления. Ни на что больше гарантию давать нельзя.

– Почему так?
– Операции бывают разные. У каждого пациента – свой глаз, с индивидуальными особенностями. У нас все пациенты подписывают согласие на операцию, где прописано, какие результаты обещает хирург, если операция и восстановительный период пройдут нормально. Для каждого это абсолютно индивидуально. Если, скажем, речь идет о коррекции близорукости, мы говорим, сколько диоптрий у данного пациента можно убрать. Подписывая этот документ, пациент соглашается с обещанными результатами и подтверждает, что ознакомлен с тем, что во время операции может произойти осложнение, не с связанное с действиями хирурга. Всегда существует процент случаев - очень малый процент – что может, например, лопнуть сосуд... Так что когда люди звонят в клинику и спрашивают "Даете ли вы гарантии?", они должны понимать, на что эти гарантии даются. Если вам отвечают, что дают "стопроцентные пожизненные гарантии" – уже должно быть понятно, что таким врачам верить нельзя.

– Кстати, а сколько в столице офтальмологических клиник?
– Конкретно офтальмологических клиник - чуть больше двух десятков. Сюда входят и частные, и государственные.
 
Доктор Федорова в кулуарах съезда офтальмологов

– Государственные – значит "бесплатные"?
– Ничего хорошего сейчас бесплатно не получить. Да, люди вправе требовать бесплатного медицинского обслуживания, особенно при нынешнем уровне пенсий и зарплат – и я с ними согласна. Однако в нынешней ситуации обеспечить высокое качество хирургии бесплатно все равно не получится. О какой бесплатной хирургии может идти речь? Не бывает бесплатных расходных материалов. Например, искуственные хрусталики я покупаю только лучшие – американские и английские. Не пользуюсь индийскими или израильскими, перестала пользоваться и отечественными. Почему? Потому что по качеству дешевые хрусталики намного уступают дорогим. Если же говорить о лечении в государственных клиниках, то тут, если пациент попадет к хорошему хирургу, то тоже за деньги. Разница только в том, что в частной клинике ты платишь деньги в кассу, а в государственной – непосредственно медсестре или ординатору. А деньги, кстати, платить придется те же – я провела своеобразное маркетинговое исследование.

– Как часто вы оперируете?
– Каждую неделю, по нескольку операций, второй хирург мне пока что не нужен. А если бы и был нужен – была бы целая его проблема найти. Потому что хороших глазных хирургов в Москве, которым я могла бы доверить своих пациентов, можно пересчитать по пальцам двух рук. И все они, что логично, заняты.

– Что за операции проводятся в вашей клинике?
– Это операции по поводу катаракты, глаукомы, близорукости, дальнозоркость, астигматизма. Это – основные направления, которыми занимается амбулаторная офтальмологическая хирургия, и 75-80% операций связаны именно с ними.

– Как выбрать хорошего врача?
– У каждого из нас – всего пара глаз, и доверить их можно далеко не каждому. Важен личный контакт. При первом разговоре с хирургом попытайтесь понять, стоит ли идти к нему на операцию или нет. Лично я не пошла бы к хирургу, после первой встречи с которым не чувствовала бы облегчения даже без операции. То есть каждый пациент должен доверять своему хирургу. Это все довольно интимный процесс.

– Но шарлатан тоже может быть обаятельным.
– Конечно. Поэтому еще перед знакомством с хирургом надо узнать, какая у него школа. Ведь школа – это самое главное для любого специалиста. Школа Святослава Федорова известна во всем мире, и я горжусь, что училась у своего отца. Важно, сколько времени уже оперирует данный хирург, каков его стаж работы. С опытом работы в пять лет хирург не может быть блестящим и готовым к любому осложнению. Хирургический стаж должен быть не менее десяти лет.

– А где же практиковаться молодому хирургу?
– Только в больших государственных учреждениях, там, где есть поток бесплатных больных и возможность организовать процесс обучения молодежи , так , чтобы это было безопасно для пациента.

– В каком состоянии должен быть хирург, чтобы оперировать? Допустимо ли работать, если вы не выспались, или болеете?
– Все очень индивидуально, каждый специалист сам должен чувствовать, когда он может работать, а когда – нет. Что касается меня лично – то я накануне операционного дня ни за что не пойду ни на банкет, ни на день рождения. Это исключено. Когда мне рассказывают, что общие хирурги, светила медицины, перед началом операции выпивали рюмочку коньяку – я в это не верю. Никто из серьезных хирургов ничего подобного не сделает. Что касается гриппа, или температуры – да, случалось и такое. В таком состоянии работать очень нежелательно. Другое дело, что обнаруживаешь, что не в порядке, в том момент, когда уже приступаешь к операции. И вот тут надо собраться и все равно работать, на силе воле. Но если у человека нет силы воли, нет характера – то он не хирург.

Беседовал Игорь Кузнецов
Доктор Федорова, Марго Барракер (Колумбия)


ВРЕЗОМ:

Близорукость
– когда человек плохо видит вдаль, но хорошо вблизи. Коррекция этого дефекта зрения – процедура хорошо отработанная, и молодежь охотно идет на операцию с использованием эксимер-лазера и др.

Дальнозоркость
– дефект зрения, при котором человек плохо видит вблизи, чуть лучше - вдаль. Также корректируется эксимер-лазером.

Астигматизм
– это искривление роговицы. Бывает близоруким, дальнозорким, смешанным. В обычных клиниках его до сих пор диагностируют неважно, часто путают с близорукостью. Признаком астигматизма может быть искривление предметов и печатных строк.

Катаракта
– помутнение хрусталика. Это самое распространенное глазное заболевание, которое лечат в клинике Ирины Федоровой. Консервативные методы тут не помогут, поэтому единственный выход – удаление помутневшего хрусталика и имплантация
исскуственного. Самая современная методика – факоэмульсификация, при которой хрусталик разрушается с помощью ультразвука.

Глаукома
- хроническое заболевание глаз с постоянным или периодическим повышением внутриглазного давления, атрофией зрительного нерва и изменениями полей зрения. Симптомы – появление тяжести в глазах, головные боли, временное затуманивание. Задача операции по лечению глаукомы – провести дополнительные пути оттока внутриглазной жидкости с целью снизить внутриглазное давление.


Ирина Федорова, Марчело Мастрояни, Святослав Федоров

Ирина Федорова: "Как меня учил папа..."

Поиск на сайте:

Яндекс.Метрика